У меня с детства уникальная память, потому что я помню с первых месяцев своего рождения всё, что находилось вокруг меня. Я описываю родителям свои воспоминания, и они подтверждают те данные, которые я помню. Самое уникальное моё воспоминание: я лежу в кроватке, могу крутить только головкой и слышу голос мамы. Она читает мне сказки на русском и на английском языках. А я помню осознание, что слышу два языка и при этом понимаю смысл того, что слышу на обоих. Я помню своё удивление, что слышу речь на двух разных языках и понимаю её.
Также я помню подробно все годы своего детства — в этом моя уникальность. Мне повезло, что для моего воспитания мой дедушка (папа моей мамы), Яков Андреевич Митюряев, ушёл с высокой должности на сочинской телестудии. Он посвятил мне много своего времени: читал мне сказки, гулял со мной, беседовал и объяснял разные вещи. Я ему очень благодарна, особенно за то, что он научил меня играть в шахматы. Дедушка не просто объяснял мне правила игры, а ещё и поддавался, чтобы я выигрывала. Я понимала это, но всё равно мне нравилось обыгрывать его. Таким способом он поддерживал мой интерес к игре и давал мне понять, что даже если я не всё умею и знаю, всё равно есть сила, которая поддерживает меня всегда. Это было удивительно. Я очень благодарна всем своим бабушкам и дедушкам, маме и папе за такое огромное количество их вложенных в меня ресурсов. Сейчас они дают мне силы передавать все свои знания и опыт своим детям, и дальше — внукам. Они создали во мне образ семьи своим примером, и это помогает мне знать и чувствовать, как передавать такие примеры своим детям и внукам, чтобы они росли и имели добрые результаты в своей жизни.
Про семейное образование
Для меня образование — это образ. Это то, что в меня заложили мои близкие: образ семьи, образ поведения в хороших и в сложных ситуациях, образ отношений в паре. Эти образы переданы мне физическим способом через периоды проживания мной нескольких лет моей жизни в окружении моих родственников. Эти образы я переняла через образную память. Во многом это образ взаимодействия родителей моих родителей между собой, со своими детьми. Для меня это очень большой урок, который я сейчас могу преподать своим детям. Когда наши дети видят, как я общаюсь со своими родителями, с родителями своего мужа — это очень глубокая линия.
Расскажу про моменты своей жизни, когда я соприкасалась с образовательной системой.
Когда меня привели в художественную школу в г. Сочи в класс рисования, мне очень понравились наставники, которые там работали. Когда ребёнок приходил впервые в школу, ему давали краски, возможность выбрать кисть и предлагали нарисовать, что хочется. Далее смотрели, на каком уровне находится ребёнок и на основании этого определяли его в соответствующий класс. Я на рисовании показала очень высокое мастерство. Все были удивлены и зачислили меня сразу на год вперёд. Я очень люблю рисовать, и сейчас, даже не имея опыта во владении техникой написания картин маслом, я чувствую краски. Когда я хожу на мастер-классы вместе со старшей дочкой Мариэль, за моей спиной толпятся и дети и взрослые, говоря: «Как Вы красиво рисуете!»
Когда я перешла в 5 класс общеобразовательной школы, у меня была удивительная учительница по математике. Я помню, как она давала нам задания писать доклады о древне-греческих философах. Через образ этих Учителей и наставников мне снисходили удивительные знания и открытия. Я была в большом восторге от предмета “математика”. Я полюбила этот предмет, поняла, какие у него корни, какие могущественные люди с ним связаны. Мой Учитель математики — женчина*, которая показала мне красивый образ Учителя.
Был также у меня опыт посещения музыкального кружка. Туда меня направила мама. Она когда-то сама мечтала научиться играть на пианино, но у неё это не получилось, и она предоставила мне такую возможность. Мне нравилось играть на фортепиано, но наступил такой момент, когда моя преподавательница начала меня бить линейкой по рукам. Я тогда почему-то не могла обратиться к родителям за помощью, мне трудно было это сделать, и я стала обманывать. Когда я уходила “на музыку”, я выключала телефон, прогуливала, возвращалась и говорила, что была на уроке. А преподавательнице говорила, что болею, либо занята другими делами по поручению родителей. Однажды обман раскрылся, и мама меня вызвала на разговор. Я набралась смелости и рассказала, что меня бьют на уроках по рукам, мне больно, неприятно, и я вообще не хочу больше иметь ничего общего с музыкой.
В ответ моя очень мудрая мама поговорила с преподавательницей, и они обе пообещали мне, что инцидент больше не повторится. А у меня спросили, на каких условиях я готова продолжить обучение, так как я очень хорошо играла на фортепиано, и скоро нужно было сдавать экзамен. Я сказала, что не позволю больше бить себя по рукам, а играть я буду только то, что сама захочу, и что мне понравится. Я отказалась играть то, к чему у меня не лежало сердце. Мои условия были удовлетворены, поэтому я умею играть на фортепиано, пишу песни, и у меня дома стоит синтезатор. Однако с гораздо большим энтузиазмом я научилась играть на гитаре, и почти все свои песни я написала для гитары, хотя есть и песни, написанные в порыве вдохновения от игры на пианино.
Так получилось, что в 13 лет мы с мамой приняли решение о моём переходе из класса с математическим уклоном в класс с уклоном на русский, английский языки и литературу. А летом перед переходом в новый класс я была в лагере “Орлёнок” в дружине “Штормовой”, и на две недели опоздала в школу. Приехав из лагеря, я сразу пошла в новый класс. Естественно, я не знала ни домашних заданий, ни ребят в классе. И в первый же день преподавательница вызвала меня к доске на моём любимом уроке математики и поставила мне двойку за отсутствие домашнего задания. Вот такие отношения у меня сложились сразу с преподавательницей моего любимого предмета. Впоследствии она публично перед всем классом почему-то сказала, что у меня никогда не будет пятёрки по её предмету — так она меня невзлюбила почему-то. Позже, когда я уже сама поступила в университет и сдала сама высшую математику на “5”, я встретила эту преподавательницу на улице Цветной Бульвар в Сочи по пути к дому моей мамы. Я поздоровалась, поделилась с ней тем, что я сама сдала все экзамены по высшей математике и сама поступила в университет, и попросила её более бережно относиться к своим ученикам. потому что Учитель — это не обычный человек. Учитель выполняет миссию передачи образных знаний и любви к знаниям, и он не имеет право перекрывать дорогу к знаниям и губить любовь к ним. Потому как знания — это семя, произрастающий росток.
Удивительный опыт у меня был и с изучением английского языка. У меня есть школьная подруга, подруга моего детства, мы дружим уже более двадцати лет. Ирина также многодетная замужняя женчина*. Она ходила заниматься английским языком к своей знакомой и по дружбе пригласила меня тоже на занятия. Моя мама меня поддержала и дала мне возможность обучаться. Это было здорово: мы дружили и вместе учились английский язык. Наша преподаватель была удивительным Учителем. Они привила нам огромную любовь к языку, мы впитали глубокое понимание и любовь именно к обучению. Это дало нам навык свободно, в отличие от наших сверстников, говорить на английском, понимать нюансы этого языка, и дало нам с подругой видение большого горизонта, где мы могли применять эти знания без страха, с любовью. И даже если мы не знали чего-то, мы знали как и где получить нам недостающие знания для решения какой-то задачи.
Я считаю, что этот путь, который показала мне наша Учительница по английскому языку, Эльвира Константиновна, помог мне, когда я оказалась заграницей во время моего обучения в 10-11 классе изучить совершенно новый для меня язык. А потом ещё и другой. То есть я изучила чешский язык, потом итальянский, затем испанский, и это не составляло для меня особой сложности. Наоборот, у меня был интерес, любовь к познанию и самое главное — вера в свои силы. Я верила, что я смогу, знала, что у меня есть все инструменты, которые мне необходимы, и умела ими пользоваться.
В 10 классе произошла ещё одна удивительная история в моей жизни. Моя мама предложила мне обучаться в гимназии заграницей, в Чешской Республике. Она тогда спросила: “Ты сможешь?”, а я верила в свои силы и ответила: “Давай попробуем!” Далее полгода я была погружена в изучение языка прямо в чешской гимназии. У меня была тогда такая удивительная тетрадь на 4 языках: русском, чешском, немецком и английском. Тогда я занималась с репетитором пани Линой, а ещё мне помогали дети из гимназии. Я писала им слово на немецком или английском, и те, кто знали эти языки, переводили мне слова на чешский, а я уже писала перевод на русском. Это было очень интересно.
Обучаясь в Чехии в гимназии, я смотрела на форму преподавания, на предметы, которые нам преподавались, и как это делалось. И я понимала, что есть разница между системами обучения в русской и иностранной школах. Самое интересное, что несмотря на отличия, я понимала все задания. Хотя, например, в Чехии нет таблицы Менделеева по химии, они используют другую таблицу. При этом я правильно выполняла задания. Однажды преподавательница по химии задала задачу классу, а через 10 минут у меня уже было решение, в правильности которого я была уверена и показала своё решение преподавателю. На что она не приняла мой ответ, сочла его неверным. А через 40 минут урока моя соседка отдала своё решение на проверку и получила похвалу за правильное решение. Я попросила её показать мне свой ответ, и оказалось, что наши ответы идентичны. Только у неё решение было расписано на 5 страниц, а у меня на 1.
Самое удивительное озарение у меня было, когда я вернулась в Россию. Мы с мамой решили, что я буду заканчивать две школы — в Сочи и в Чехии одновременно, поэтому в течение двух недель мне следовало изучить всю полугодовую программу, которую прошли мои одноклассники, и сдать экзамены. Я не ставила рекордов, решила: что выучу, то выучу. Я знала, что училась хорошо, и где-то могла положиться на свои базовые знания, где-то на глубокое понимание предметов. Каково же было моё удивление, когда я увидела огромные возможности своего разума в освоении информации. Мне в день нужно было выучить 10-15 стихотворений, я учила, давала себе нагрузку и видела, что могу ещё больше. Это меня удивило и вдохновило одновременно.
Мне помогала моя мама. Для изучения таких дисциплин, как физика, она попросила своего бывшего начальника, её друга, заслуженного учителя России, Виктора Васильевича Антонова, объяснить мне физику в том объёме, который был мне нужен. Он за несколько уроков объяснил мне предмет, достаточно простым языком передал мне алгоритмы решения самых сложных задач, и у меня к нему было большое уважение. В итоге, когда я сдавала экзамен по физике, а директор школы, который принимал у меня экзамен, был одновременно преподавателем физики, поставил мне “4”. Я уверенно попросила его показать мне мою ошибку. Настолько я была уверена в своих знаниях. На что он мне ответил: “У Вас нет ошибки. Но оценку “5” я поставить Вам не могу, потому что если все узнают, что Вы непонятно где катаетесь по полгода, а потом приезжаете и за две недели сдаёте всю полугодовую программу по всем предметам на “5”, то все так захотят учиться.”
В тот момент я не нашла, что ему ответить. Но решила, что когда у меня будут свои дети, то я дам им возможность избежать момента этого разочарования в школьной системе, и попытаюсь обеспечить им возможность самим выбирать, как они хотят учиться. Чтобы они не просиживали время в школе просто так, а выбирали, чем хотят его заполнить. И мне захотелось дать им возможность самим решать, кто будут их наставники, и чему они их будут учить для того, чтобы они моги прожить эту жизнь более счастливо и успешно.
Прилагаю выдержки из книги Кати Чи, которая написала озарения одного американского учителя с 50-летней практикой преподавания, который считается лучшим преподавателем США. Он написал, чему учит государственная форма образования. Я в своё время, прочитав эти статьи, сильно утвердилась в решении дать свои детям выбор, чтобы у них была возможность не посещать общеобразовательную школу. И я хочу дать возможность Вам осмыслить то, о чём говорит человек, который проработал в этой системе значительное количество лет.
Система образования — воспитание творца.
Глава 13 из книги Кати ЧИ «Хроники ЧИ», стр.69.
Известный автор Джон Тэйлор Гатто — титулованный и почётный учитель английского языка и литературы штата Нью-Йорк, США, со стажем более 30 лет. Если Вы ещё не знакомы с его книгами, от всей души Вам их рекомендую — это и Weapons of Mass Instruction, и Dumbing Us Down, и другие.
Предвосхищая эмоциональные реакции на этот текст, попрошу отнестись к нему без заряженности — попробуйте выйти из популярного нынче состояния битвы и просто вдумчиво ознакомьтесь с мнением другого человека, я не утверждаю, что его опыт и видение — истина, я лишь хочу приоткрыть щёлочку к мыслям через иную призму, чем та, к которой мы прикипели. Самое сложное сегодня — это не узнать новое, это «разучиться знать» старое.
«Зовите меня мистер Гатто, пожалуйста. Обучение в школах означает много разных вещей в разных концах света, однако, по сути, глобально в рамках этих учреждений мы обучаем детей СЕМИ ОСНОВНЫМ ВЕЩАМ. Это то, чему учил и я. Это то, за что вы, как родители через свои налоги или частные вложения платили мне и таким, как я, в любой школе мира. Подумайте об этом, когда дочитаете до конца.
1. Дезориентация /потерянность.
2. Принадлежность конкретному классу.
3. Равнодушие.
4. Эмоциональная зависимость.
5. Интеллектуальная зависимость.
6. Условная уверенность в себе.
7. Спрятаться негде.
1. Дезориентация / потерянность.
Логично бы было предположить, что важным в преподавании является наличие некой общей системы знаний, которая всё увязывает между собой, чтобы дети не ощущали себя под ливнем из разнообразной информации, которую они просто автоматически впитывают. Однако абсолютное большинство вещей, которые мы преподаём в школах, вырвано из какого-либо контекста. Мы учим разъединению данных, мы учим слишком многому в параллели и одновременно.
Орбиты планет, большие числа, рабство, прилагательные, черчение, танцы, физкультура, хоровое пение, компьютерное программирование, встречи с незнакомыми «авторитетами», которых дети увидят один единственный раз в своей жизни, стандартизированные тесты, разделение по возрасту, которого за пределами школы (в реальной жизни!) нигде нету таком радикальном виде, — как всё это связано между собой?
Даже в топ-школвх и гимназиях, где присутствует стремление к некой логике в программе, всё равно есть внутренние противоречия и накладки. Принято считать за благо, когда ребёнок заканчивает школу с целым вагоном поверхностного жаргона по темам экономики, социологии, естествознания, и совершенно не учитывается при этом степень его энтузиазма и удовольствия от своих знаний. Качество стал знаний определяется их глубиной и контекстом, но дети получают информацию от группы незнакомых им взрослых, не связанных между собой ничем, и каждый из которых мнит себя экспертом в своём предмете (что далеко не всегда так).
Смысл вещей, значимость всех составляющих, а не отдельные факты — вот чего жаждет человеческий мозг. Когда человек наблюдает за солнцем от рассвета и до заката, или готовит праздничный стол вместе с семьёй, или учится ходить или говорить, познаёт процесс строительства дома или взращивания и ухода за фермой, рисует картину или мастерит что-то — всё в этих процессах укладывается в некую последовательную канву, каждое действие на выполнено очевидным смыслом в привязке к остальным, именно этот смысл каждого шага ребёнок познаёт. В школе этого нет, последовательность сбрасываемых на детей фактов совершенно сумасшедшая и не имеющая «прошлого» и «будущего».
2. Принадлежность конкретному классу.
Я косвенно и напрямую учу детей тому, что они должны находиться в конкретном коллективе/классе. Я не знаю, кто и почему решает, что именно эти ребятишки должны быть друг с другом, но как учитель — никак на это не влияю. Дети фактически «пронумерованы», и за годы учительства я наблюдал, как способы «нумерования» детей только множились, поскольку это в конкретном счёте выражается в реальной прибыли для системы, хотя что это даёт самим детям, совершенно не ясно.
Впрочем, меня как учителя никто не спрашивает, и моя задача — сделать так, чтобы дети даже не задумывались о том, почему они именно здесь в этом окружении и с этим номером, а в идеальном варианте — я смогу выработать у них чувство зависти/трепета перед более «сильным» классом и чувство превосходства перед более «слабым»… итого — дети с малых лет учатся «знать своё место» и «не высовываться».
Как учитель я иногда делал попытки убедить учеников, что лучшие результаты на экзаменах делают возможным перемещение в более «сильную» группу и что будущие работодатели внимательно изучают их оценки, но, увы — ни для кого не секрет, что это есть лишь иллюзии. В целом — вся эта тема с нумерованием и назначением в группы есть не что иное, как дркссиров а людей на понимание, что у каждого о существует своё место в общей пирамиде и для движения с одного пласта на другой людям нужна как минимум магия.
3. Равнодушие.
Да, мы учим детей быть безразличными, чтобы ничто не становилось предметом их забот и переживаний больше некоего минимума. И мы это делаем очень ненавязчиво. Я провожу с ними уроки так, что они в предвкушении залетают в класс, с большим энтузиазмом соревнуются между собой за моё внимание, вовлекаются в тему, но… звенит звонок. Дети учатся быть выключателями, мгновенно переходящими из состояния «ВКЛ» на «ВЫКЛ» и наоборот.
Ничто важное, происходящее на уроке, никогда не доводится на нём до своего логического конца с достаточным временем на осмысление. В результате — дети растут без особой привязанности к чему-либо из своей работы. Звонки за долгие годы школы дрессируют детей на существование в мире, где ни одна вещь не стоит чрезмерного внимания. Эти равные промежутки времени на абсолютно всё, разграниченные этими звонками, — это как карта с обозначениями гор и рек, которые в реальной жизни, конечно, вовсе не одинаковы, это на подсознательном уровне означает, что «ничто из этого по-настоящему не имеет значения.»
4. Эмоциональная зависимость.
Звёзды, красочные галочки, рожицы с улыбкой и без, награды и выговоры — мы учим детей подчинять свою волю заранее утверждённой цепочке командования. Права могут назначаться или отбираться любым авторитетом системы безапелляционно, потому что права не существуют как таковые в рамках школьных стен. Индивидуальность постоянно норовит проявить себя среди детей и подростков, и учитель в системе должен уметь быстро предпринимать шаги, чтобы возвращать всех в нужные рамки, ибо индивидуальность — это противоречие самой теории деления на классы, это напасть для любой системы классификации. В школе речь идёт не о правах, а о привилегиях, которые могут быть «отключены» в случае «неудобного» поведения.
5. Интеллектуальная зависимость (сдача ответственности за себя другим).
«Хороший ученик ждёт, пока учитель скажет ему, что он должен делать».
Это, пожалуй, самый ключевой штрих «программирования» человека — что он должен дожидаться, пока другие люди, которые теоретически лучше информированы или подготовлены, не наполнят нашу жизнь смыслом.
Хозяева системы назначают то, что мы, учителя, должны передать детям в виде материала, и мы это делаем. Если мне сказали преподавать им, что эволюция есть непреложный факт, а не теория, то именно так я и буду учить их думать. Это быстро позволяет отделить «хороших учеников от «хулиганов».
«Хорошие ученики» думают то, что я им назначаю думать, без особого сопротивления и даже с воодушевлением. Любопытство излишне, главное — послушание. «Хулиганы» противятся такому насаждению судей воли, но ввиду своего возраста не до конца могут понять, что это за чувства они испытывают и почему, тогда когда усиленно пробуют думать самостоятельно и решать, что и когда они хотят узнать.
Для того, чтобы сломить волю таких хулиганов, есть целый ряд хорошо обкатанных психологических приёмов. Конечно, это сложнее сделать, если «ребёнка-хулигана» поддерживают родители, которых он уважает, но этот феномен встречается всё реже и реже, поскольку и мама, и папа сами, как правило, отходили свои годы в школы, где им также вкладывали в их естество эти 7 уроков, о которых я веду здесь речь.
«Хорошие» люди и граждане привыкают ждать, пока некий эксперт скажет им, что делать. В принципе, не будет преувеличением сказать, что вся мировая экономика построена на этом рефлексе в людях (индустрия услуг и экономика зависимости от потребления чего-то внешнего от нас). Мы построили общество и образ жизни, которые зиждется на том, что люди делают, что им говорят, потому что они не умеют сами сказать себе, что им нужно сделать или подумать.
6. Условная уверенность в себе.
Если вы когда-нибудь пробовали поставить в некие рамки ребёнка, чьи родители взрастили его с уверенностью, что он любим безусловно от своих поступков и решений, вы знаете, насколько это тяжело — заставить такого малыша подчиниться приказу. Текущий формат нашего мира не выдержал бы лавины уверенных в себе людей, поэтому мы учим детей тому, что их уверенность в собственой значимости зависит от … правильно, экспертной оценки.
Мы постоянно оцениваем и судим детей — их поступки, решения, предложения и пр. Потом мы отсылаем дневник с отчётом об успехах ребёнка, указывая родителям, насколько именно они должны быть недовольны своим чадом. Да, именно недовольны — на этом перманентном чувстве построена не просто школьная система, но и экономика и маркетинг тоже. Дети постепенно учатся тому, что их оценка себя должна исходить из оценки, которую им дал некий незнакомый им человек.
Самооценка, которая всегда определялась как нечто базовое в любой философской мысли во все времена, никогда даже не рассматривается как альтернатива. Людям в итоге нужно, чтобы кто-то другой указал им на то, «сколько конкретно он/она стоит».
7. Спрятаться негде.
Мы приучаем детей к постоянной слежке за ними — каждый ученик так или иначе находится в поле зрения кого-либо из учителей. Мест и времени для уединения в школе не предусмотрено, между уроками ровно столько минут, сколько допустимо, чтобы держать детей в «рамках».
К тому же — не секрет, что учеников прямо или косвенно стимулируют к стукачеству как на своих оноклассников, так и на родителей. Как учителю мне также положенно приветствовать, чтобы и родители вели открытый диалог со мной или управляющим школы о любых тревогах по поводу поведения своего ребёнка. В конце концов, семья, натренированная на доносы на саму себя, не стане ячейкой с «опасными для системы секретами», верно?
Дабы продлить эффект «под наблюдением и контролем» и перенести его из школы к ребёнку в дом, я задаю детям конкретные «домашние задания», иначе свободное время дома может быть потрачено на изучение чего-то «неавторизованного» от папы или мамы, либо через исследовательский опыт, либо вовсе от какого-нибудь «мудреца» из общины ребёнка.
Постоянное наблюдение и отсутствие частного времени и пространства психологически приводит в состояние «никому нельзя доверять, уединение от чужих глаз — нелегитимно». Это древний принцип управления людьми, описанный ещё в таких текстах, как «Республика», город «Бога», «Новая Атлантида», «Левиафан» и др. Все эти бездетные мужчины, рнаписавшие данные книги, обнаружили одну важную вещь — если вы хотите держать общество под жёстким централизованным контролем, дети этого общества должны быть под постоянным наблюдением. Ведь если дети не маршируют в официальном строю, они неизбежно следуют за неким частным барабанщиком, а частные барабанщики — это угроза для системы.
Величайшим триумфом обязательной государственной монополии всеобщего «скулинга» стало то, что даже самые блестящие из моих коллег-учителей и самые продвинутые родители моих учеников с трудом могут представить себе «образование по-другому». «Дети же должны уметь читать, писать, складывать и умножать, разве нет? Дети должны оббиться друг об друга и научиться дисциплине и повиновению в рамках коллектива, чтобы впоследствие преуспеть на работе, разве нет?» — эти убеждения — распространённая аксиома, однако всё это стало насаждаться в США после Гражданской войны, когда общество попало под централизованный контроль. До этого оригинальность и назнообразие было привычным делом, граждане росли уверенными в себе и в своих силах, пытливые умы исследовали мир и делали прорывные открытия. До того, как государственная монополия скулинга стала влезать в голову каждого американца, люди также учились читать, писать и считать. И знаете, что любопытно? На момент американской революции ГРАМОТНОСТЬ НАСЕЛЕНИЯ БЫЛА ПРАКТИЧЕСКИ 100% (за исключением рабов). «Здравый смысл» Томаса Пейна был продан в стране тиражом 600 тыс. экземпляров — это населению в 3 млн. человек, из которых 20% были рабами и ещё 50% прислугой… Чтение, письмо и арифметика — требуют примерно 100 часов на освоение, если аудитория готова и хочет учиться ( самое важное всегда — дождаться, когда человек сам проявит интерес, мягко предоставив ему доступ к такой возможности, а затем обеспечить «полное погружение» с интенсивной нагрузкой!).
Если вы возьмёте учебник математики для 5-го класса или учебник по риторике от 1850 года, вы сильно удивитесь — они соответствуют уровню сегоднешних колледжей и университетов. Нескончаемый рёв за обязательность сегодняшнего формата школы «ради базовых знаний» — просто дымовая завеса, за которой жизненное время ребёнка в системе растягивается на 12 лет … 12 лет, чтобы как следует пропитать их естество теми семью уроками, которые я описал выше».
Катя Чи перевела для нас кусочек книга Гатто не для того, чтобы раскачать качели чёрного и белого и создать повод для столкновения между «за» и «против» школьного образования. Мы приглашаем каждого читателя — водите ли вы своих дете в школу или обучаете их дома — просто поразмышлять над вещами, о которых пишет автор.
Умение воспринимать новые призмы привычных тем не как нападку на себя, а как возможность открыть своё сознание чему-то новому, что может обогатить наше восприятие мира, — великолепная способность и критически нужная сегодня для нашего с вами поколения, которое решает, какой мир мы хотим оставить нашим детям … для того самого поколения, которое на отлично усваивало те самые 7 уроков, описанные выше.
Ещё одна интересная ситуация была в нашей семейной жизни на этапе, когда мы с мужем определялись с выбором школы из тех заведений, которые на тот момент были в поле нашего города Сочи. Тогда мой муж попросил меня изучить деятельность двух человек: Николая Ягодкина, с которым мы оба соприкасались во время форума “Селигер”, и Евгения Куляева, ведущего программы «Гениальный мозг», эксперта в области эффективного обучения и мотивации детей и взрослых.
Эти два человека говорили об одном и том же. Я сходила на встречу в Сочи с Евгением Куляевым, послушала, о чём он говорит, была очень сильно вдохновлена. Его выступление поддержало меня в моём желании дать детям такое же обучение, в котором обучалась я сама. Оно включает именно погружение в предмет с преподавателями, любящими свой предмет и людей. У Николая Ягодкина мы прослушали несколько 6-ти часовых вебинаров на тему образования и мотивации к обучению.
Ознакомившись с этими системами, мы с мужем поняли, что находимся на верном пути. Мы можем дать детям то. что в жизни будет их двигать вперёд и вдохновлять, а не тормозить и угнетать. В этом году мой муж вместе с дочерью прошли курс “Рейс 45” у Евгения Куляева в Сочи. Использовался метод погружения. Во время курса наша дочь выучила число-образный код, большое количество английских слов, всю таблицу Менделеева, получила большое количество дополнительных знаний и огромное расширение своего горизонта понимания в сфере целеполагания и выстраивания стратегий для достижения своих целей.
Пока муж и дочь учились на курсе, вся наша семья занималась вместе с ними, потому что жизнь отца — это жизнь семьи. Когда один человек занимается чем-то интересным и делится со всей семьёй, то всем становится интересно и все проникаются данным увлечением. В итоге вся наша семья выучила число-образный код, и даже младшая дочь Розалия, 4,5 года, выучила большое количество информации просто за компанию с сестрой, которая является для неё примером. В семье старшие дети всегда пример для младших.
Сейчас мы запланировали, что на следующий год к Евгению Куляеву пойдёт наш старший сын Лучезар и я. Мы оба ждём этого момента. А я с радостью наблюдаю, как мои дети, которые ни дня не ходили в школу, умеют читать и с удовольствием это делают, умеют писать, как у них горят глаза на познание нового. При этом никто над ними не стоит и не следит за программой обучения.
Изучая литературу в школе, я интересовалась жизнью всех авторов произведений, которые я читала, и обратила внимание на то, что почти все из них прожили трагическую жизнь, редко у кого-то из них была счастливая человеческая судьба. Когда наша старшая дочь начала читать, я сказала ей, что не хочу её заставлять читать что-либо, но рекомендую ей прочесть один роман. Это мистическое произведение автора Конкордии Евгеньевны Антаровой “Две жизни”. Есть информация о том, что в этом мистическом романе описаны молодые годы жизни Льва Николаевича Толстого, автора романа “Война и мир”.
В романе “Две жизни” прекрасное изложение образным красивым русским языком, и очень образные истории. Я попросила дочь прочесть этот роман в 4-х томах по 2 книги в каждом и пообещала больше ничего от неё не требовать в плане чтения. Когда я подарила ей этот роман в бумажной версии, она с таким упоением его читала и обсуждала вместе со мной, а после прочтения у неё сформировалась такая любовь к чтению, что она сама сейчас постоянно что-то читает, и её не остановить.
Тем родителям, которые хотят дать своим детям семейное образование и правильно это оформить в соответствии с требованиями Министерства образования РФ, я рекомендую обратиться к ведущему специалисту по семейному образованию Екатерине Бесединой.
Можно найти её блог в Телеграм и в ВК. Одна ваша встреча с ней решит все вопросы и все ваши страхи уйдут, а у ваших детей появится возможность обрести другой путь к получению и применению знаний, которые помогут в жизни стать более успешными и счастливыми. И вам вместе с ними тоже.
Хочу поделиться ещё одной прекрасной возможностью для детей получить классическое образование, о которой я знаю, благодаря тому, что являюсь Амбасадором всероссийского сообщества многодетных женчин. В нашем сообществе есть Маша — мама 10 детей, она проводит прямые эфиры со своей коллегой Ириной, у которой 5 детей, которые также получают классическое образование, на тему семейного образования.
Мы лично познакомились недавно во время Демографического форума в Сочи. Когда я слушала выступление Ирины на тему классического образования, я поняла, что мы с мужем делаем в сфере нашего семейного образования иногое интуитивно так же, как другие семьи идут по этому пути по чётко отработанной схеме. Рекомендую Марию Попову как специалиста по классическому образованию в формате семейного.
Об Учителе
Древние Ведические тексты говорят нам о том, что Душа может миллионы жизней путешествовать, скитаться в этом материальном мире, перерождаться в разных телах пока Душа не встретит Учителя. И если предастся ему, то сможет достичь освобождения из этого мира.
Также в Ведах сказано, что опасно встретить Учителя, когда мы не готовы, так как по невежеству можем сильно его оскорбить. И душа может сильно упасть.
Чтобы этого не произошло, нужно видеть во всех встречных людях Учителя и со всеми разговаривать уважительно. Даже если бомж в это время Ваш Учитель, крикнувший Вам что-то в спину.
Считается, что духовный Учитель сжигает своей энергетикой всю нашу негативную карму. К нему можно подключаться, как к розетке.
В Ведической культуре большая роль отводится отношениям с Отцом и Учителями, и связано это с тем, что считается, что высшие, чистые знания могут спускаться свыше только через Учителя, и только в открытые сердца, а чтобы открыть сердце – нужно иметь смирение перед высшей волей и Учителями, а также иметь смирение, чтобы видеть во всех Гуру (Учителя) и всех уважать.
Дело в том, что в каждом Человеке нужно видеть своего Учителя, потому что за каждым таким человеком стоит Бог. И нужно благодарить каждого встреченного Человека за уроки, который он приносит в нашу жизнь.
В древних писаниях говорится о трёх видах благодарности своим Учителям:
1) Если Ваш Учитель общается с Вами на уровне Благости, делится высшими знаниями — Вы открыто благодарите его словами.
2) Если Учитель общается на уровне Страсти, то Вы платите ему за это.
3) Если учитель пришел к Вам на уровне невежества (алкоголик, например, обматерил Вас), то Вы просто мысленно благодарите его за уроки, не произнося слов вслух.
И важно понимать, что Человек достоин таких Учителей, которые окружают его на данный момент. Но развиваясь сам и открывая свое сердце, Человек может менять свою жизнь.
Человек может менять свою судьбу на 28%, если меняет свою жизнь и обращается к Богу. А Бог всегда милостив к нам, и всегда отвечает.
Мир иллюзорен, и все окружающие нас люди — это наши Учителя, все они частички Бога, дающие нам урок. И если мы начинаем их так воспринимать, любить и благодарить — реальность начинает меняться.
Учитель — это национальное достояние государства. Женчина и дети — это будущее.
Благодарю близкого друга Лучезарной семьи, вдохновляющую журналистку Анну Оболенскую, которая помогла мне написать эту статью, которая войдёт в третий тираж моей книги «Лучезарная семья».
Также в третий тираж вошли новые главы под названием «Закрытие родов». Анна Оболенская помогала мне записать эту захватывающую историю через несколько недель после того, как 7 ноября 2024 года состоялось само закрытие моих четвёртых родов. Анна помогала мне трудиться над главами «Прививки. Мой опыт. Благодаря её поддержке и мастерству Вы читаете сейчас этот уникальный материал, подкреплённый моим жизненным опытом.
Автор: Мария Коваленко
*Моё внимание обратили на то, что муж с чином — это мужчина; а жена без чина — это женщина. Поэтому я везде стала писать и говорить «Женчина» и наблюдать за тем, что происходит.